На счастливой волне...

Когда после многолетней паузы мы встретились в Белгосфилармонии с народным артистом Беларуси Эдуардом Ханком, автором песенных суперхитов «То ли еще будет», «Малиновка», «А я лягу­прылягу», «Завiруха», «Я у бабушки живу», «Разговоры», «Журавлик», я сразу же заметила в нем большие перемены. В рассуждениях композитора не было торопливости, досады на суету жизни, словесной игры и критики в адрес творческой братии… Эдуард Семенович улыбался, был уравновешенно спокоен, словно просветлен изнутри, и излучал доброту. Разумеется, я не могла не сделать ему комплимент, сказав, что выглядит он стопроцентно счастливым. «Да, это так!» — подтвердил он мои слова и согласился дать интервью для «Гаспадыні», чтобы рассказать читателям о той дороге, которая привела его к счастью:

 

— Я рос в очень сложной семье. Отец мой был военным. Мягкий, добрый человек, очень любивший маму. А она была властная, с тяжелым характером. Любила ли она его по­настоящему, не знаю. Помню только, что мне всегда было жаль отца… Самые яркие впечатления детства — жизнь на Колыме, где отец служил заместителем начальника золотого прииска по политчасти. Мне 10 лет… Мы с братом играем в футбол в 30-­градусный мороз, да еще снимаем с себя пальто (климат суровый, но почти нет ветра). А летом собираем грибы, голубику, бруснику, морошку. Запомнилась природа, горы. Мы жили на привозных продуктах. И когда завоза не было, в магазине ничего не оставалось, кроме красной икры в бочках и крабов в банках, которые никто не брал.

— Это был возраст первой любви?

— Да, моя муза училась со мной в одном классе. Красивая грузиночка с длинными косичками. Это была романтическая любовь, со вздохами на расстоянии… Много лет спустя я ее встретил, когда уже был известным. И знаете, лучше бы не встречал… Время так меняет людей! Она была уже абсолютно чужим для меня человеком.

Творчество проснулось в вас, когда вы уже переехали с семьей в Беларусь?

— Сначала мы жили в Бресте, где я закончил среднюю школу. Там я еще никак себя не проявил. Но когда учился в Минском музыкальном училище имени Глинки у народного артиста СССР Евгения Александровича Глебова, писал в классической манере. Потом была учеба в Московской консерватории имени Чайковского, вступление в Союз композиторов, две «творческих волны»…

— Вот об этом, пожалуйста, расскажите подробнее.

— А что рассказывать?! В песне я — человек случайный. Ушел из серьезной музыки, попробовал себя в песне, и мне повезло — «попал в волны». Первая моя волна довольно короткая — это 1971-­74 годы, вторая чуть длиннее — 1978­-83 годы, вот и все.

— Как же так? До сих пор вся Россия и Беларусь поет ваши песни, сами «взрываете» зрительный зал исполнением «Самурая» и при этом утверждаете, что с песенным творчеством покончено?

— Да, песню, как профессию, я давно оставил… Пишу только по заказу. С 1983 года (почти 30 лет!) занимаюсь теорией творческих волн. Делаю «волнограммы», так называемый творческий рентген, который показывает спады и подъемы не только конкретного человека, но и целой страны. Пока сделано 18 «волнограмм»: Пушкина, Гоголя, Чайковского, Петра I, Сталина, Путина… На очереди Бетховен, Шекспир, Леонардо да Винчи. Всего около ста работ.

— И вы счастливы?

— Конечно! Потому что самодостаточен, обрел, наконец, настоящую цель своей жизни. Ведь у любого человека есть профессия, а есть призвание. Так вот по профессии я композитор, а по призванию — ученый­-практик (кстати, ученым по призванию, без специального образования был Циолковский). От любимого дела у меня улучшилось настроение, я стал более позитивным. Из меня вышла вся грязь, накопившаяся за время прежней деятельности.

— А как относятся знакомые к этой вашей новой работе?

— Не все меня понимают. Некоторые говорят: «У вас высокое самомнение!» Но, дорогие мои, все определит время. Пройдет 50 или 100 лет — и даже при главах государств будут существовать люди, делающие такие прогнозы.

— Сколько же нужно времени на эту работу?

— На 2­4 «волнограммы» уходит год. Раньше у меня был помощник в Москве, а потом ситуация у него изменилась. Теперь мне помогает внучка Ярослава (дочь моей старшей дочери). Она закончила Белгосуниверситет, хорошо знает компьютер. Мы с ней уже сделали «волнограммы» Райкина, Кобзона, Лещенко, Фрэнка Синатры… Сейчас внучка сама делает «волнограмму» Битлз. Она усидчивая, в отличие от меня.

 — А вы по темпераменту холерик?

— Самый настоящий… Всегда куда­-то спешу. Люблю ходить пешком. Кстати, у всех моих родственников есть машины, кроме меня. Я выбрал самый безопасный способ передвижения, к тому же полезный для здоровья. Все рационально!

— Так вы рационалист?

— Я прагматик. Достаточно жесткий человек. А в общем-­то, я — разный. Убежден, что нет хороших или плохих людей, есть состояния. А на «волне» все добрые.

— Поделитесь секретом: как вы умудряетесь сохранять отличную физическую форму?

— У меня такой режим, который никогда не отменяется. Сплю 5-­6 часов, делаю зарядку. Она простая, но это точно закрепленный комплекс упражнений. Как правило, с утра работаю за компьютером, после обеда назначаю деловые встречи. В поездках график немного смещается, но зарядку я делаю даже в тамбуре поезда… Научился бороться за свое здоровье и выигрывать. Поэтому я в 73 года чувствую себя лучше, чем в 37, 27 и даже в 17 лет. Контролирую эмоции. Мой организм уже так закален, что у меня ничто не вызывает сильных переживаний. Научился гасить негатив, сбрасывая вину на себя… И получается такой эффект: я успокаиваюсь, понимая, что все уже сделано, ничего не вернешь, значит, в следующий раз так делать не надо. Наверное, это самое большое мое достижение. И еще я в плохом всегда ищу хорошее, ведь в жизни все закольцовано: любой плюс — это начало минуса, любой минус — начало плюса. Зачем растравлять себя негативными мыслями? Ведь загнанное вглубь переживание ведет или к психушке, или к инфаркту с инсультом. Тому человеку все равно, а ты у себя здоровье отнимаешь… Кроме того, я исключил курево и алкоголь, чем навсегда осчастливил свою жену.

— Расскажите немного о своей семье.

— У нас с женой есть две дочери и сын. Мы уже давно бабушка с дедушкой: у нас четверо внуков. Сын Алексей живет в Подмосковье, младшая дочь Светлана — в Тель­-Авиве, а старшая Руслана — в Минске.

— Вы можете себя оценить: какой вы отец?

— Трудно сказать… Взросление старшей дочери выпало на тяжелый период, поэтому я не мог уделять ей достаточно внимания. К сыну я уже относился более внимательно. А со Светланой был любящим отцом: и спать укладывал, и сказки читал… Я отношусь к тем родителям, которые никогда не били своих детей. Я просто не смог бы этого сделать.

— А как складывались ваши отношения с женой?

— В прошлом году мы отпраздновали «золотую свадьбу», и я поблагодарил супругу за долготерпение, потому что при моих бесконечных поездках да еще и при моем характере… Короче говоря, было «всякое и разное», ведь она меня «слепила из того, что было».

— Что такое «дружба», на ваш взгляд?

— Ее не существует, это иллюзия. Дружба бывает, может быть, только в песочнице, а потом начинаются отношения…

— А любовь, по­вашему, тоже отношения?..

— Любовь — это вспышка. Она случается, когда чья-­то энергетика тебя вдруг захватывает. Глянул на человека — и повело тебя… Знаете, как я свою жену нашел? На крестинах у друзей, куда меня пригласили. Это был 1960-­й год, я тогда учился на втором курсе музыкального училища. Я увидел ее — и все. До сих пор «эти глаза напротив»…

— Значит, из вспышки разгорелось пламя?

— Да, моя любовь, несмотря на «всякое и разное», никогда не угасала. И сейчас у нас полнейшая гармония, что является самым ценным в нашем возрасте. И, как сказал мой учитель по Московской консерватории Дмитрий Борисович Кабалевский: «Каковы бы ни были части симфонии, главное — ФИНАЛ!»

— А кто главный в вашей семье?

— Однозначно, жена. Она держит тот баланс, который мне нужен: не хвалит там, где не нужно, и не перехваливает там, где нужно. Как глянет — сразу становится ясно, что она думает. Человек она довольно жесткий в хорошем смысле слова: всегда поставит на место. Зато за теорию волн готова пойти в бой, потому что понимает, как это важно. И это тоже большое счастье — иметь такую защитницу. Короче говоря, со спутницей жизни мне повезло!

 

В конце нашей беседы я рассказала Эдуарду Ханку притчу о мудреце и пяти юношах, пожелавших отправиться на поиски счастья. Мудрец дал им волшебную карту, которая должна была привести к заветной цели. Дорога была трудной и длинной. Четверо юношей не нашли счастья и разочаровались. Пятый же дошел… до того места, откуда и начинал путь. Оказавшись снова в родном городе, он встретил девушку, полюбил ее и, женившись, стал счастливым. Когда он спросил, зачем ему надо было проделывать такой сложный путь, мудрец ответил: «Чтобы понять, что счастье — внутри тебя…»

— Да, это как раз обо мне, — улыбнулся Эдуард Семенович. — Я не побоялся трудного пути, нашел счастье в себе и своей семье и сказал всем: «То ли еще будет!..»

Валентина ПОЛИКАНИНА.