Гибрид травы и зверя

То, что животные поедают растения, принимается как само собой разумеющееся. Как выработанный веками неумолимый закон природы. Вероятность обратного многие из нас не допускают даже в мыслях. Но такие чудеса в природе тоже есть. Первым доказал это Чарльз Дарвин.

Во время одной из загородных прогулок он неожиданно наткнулся на заросли росянки – небольшого болотного растения, уже знакомого тогдашним ботаникам. И приостановился в удивлении: на его липких листьях находилось немало плененных насекомых. В основном это были комары да мухи. Живые, полуживые или уже мертвые. Он принес домой несколько экземпляров и начал с ними экспериментировать.

Опыты затянулись на долгие шестнадцать лет. Уж очень невероятными показались первые же результаты: появление в рационе испытуемых растений насекомых или же кусочков мяса явно шли им на пользу. Они росли и развивались лучше контрольных, питающихся обычным для зеленого мира способом.

Дарвин тщательно собирал факты, перепроверял уже проделанные им эксперименты и, наконец, решился опубликовать свой многолетний труд. Книгу ждали с нетерпением и раскупили мгновенно. Она произвела настоящий фурор в биологической науке. Многие ученые отказывались верить в «озверение», казалось бы, совершенно безобидных созданий. Но время все расставило на свои места. Дарвин оказался прав и на этот раз.

Так что же за диво такое – росянка, которую когда­то нарекли «гибридом травы и зверя», а сам Дарвин сравнил это удивительное растение с очень умным животным.

Внешне болотная крошка никак не похожа на хищника. Росточка небольшого – всего несколько сантиметров. Круглые ее листочки не более копейки. Сидят на длинных черешках и формой похожи на маленькие ложечки. Эти важные для жизни органы собраны в компактную розетку, которая как бы стелется по сфагновому ковру. В недрах его росянка прячет и свои небольшие слабые корешки. В середине лета из центра листовой розетки поднимаются цветоносные побеги, на них распускаются мелкие нежно­белые цветки. Вот и вся конструкция. Выходит, все, как у нормального растения?

И да, и нет. Листья у росянки не совсем простые. Они превращены в свое­образные ловушки. Верхняя сторона их усеяна многочисленными щетинками с капельками красноватой жидкости на концах, похожими на росу (отсюда и название – росянка). Но это липкая слизь, не испаряющаяся даже в жестокий зной. Стоит неосторожной мошке присесть или затронуть сверкающие на солнце шарики, и она тут же пристанет к их клейкой поверхности. Щетинки, словно щупальца, начнут постепенно изгибаться в сторону жертвы, прижимая ее к листу. Сам лист тоже начинает закручиваться с краев, сжимаясь, как сложенная горсть. А попытки насекомого освободиться с помощью крылышек приводят к еще большему прилипанию к коварным росинкам.

Сигнальный аппарат росянки весьма чуток к раздражению азотсодержащими предметами. Дарвин вызывал двигательную реакцию отрезком женского волоса длиною всего в 0,2 мм и массой в 0,0008 мг. А вот на капли дождя, обломки стекла и другой физический сор растение не реагировало.

Как только добыча поймана, за работу принимаются ферменты, выделяемые пищеварительными железками, и мягкие ткани насекомого растворяются. При этом сложные соединения (белки) расщепляются до более простых, которые способны усваивать листья. Пищеварительная жидкость близка по составу к пепсину наших желудков. Правда, растворяет она далеко не все. Крылышки, челюсти, ножки, коготки и другие жесткие части насекомых остаются не переваренными и после сдуваются ветром.

Длится трапеза одни или несколько суток (в зависимости от погоды и величины добычи), после чего лист распрямляется и готов принять новую жертву.

О ловкости необычных охотников можно судить по такому факту: на спецсоревнованиях во Франции росянка одного из любителей сумела поймать за три часа 51 комара. Есть данные, что в природе растение за лето может довести улов до двух тысяч. А более крупные виды (например, росянка королевская в Южной Африке) способны ловить и переваривать даже улиток и мелких лягушек.

Плотоядность росянок возникла не от хорошей жизни. Они – вынужденные хищники. Болото, а тем более верховое, не очень балует их сытными обедами. Свободной минеральной пищи не хватает даже растениям с мощной корневой системой. А тут смех, а не корни. Особенно им недостает азота. Вот и добывают его росянки таким странным способом, охотясь на богатую белками мошкару.

Разбойный этот промысел возник на каком­то из древних этапов развития органического мира и закрепился в процессе его дальнейшей эволюции.

Медики нашли у росянки целый букет лекарственных веществ: антибиотики, ферменты, органические кислоты, витамины. Ее экстракты и настои лекари с успехом использовали при простудных заболеваниях. В средние века она причислялась к универсальным исцелителям, побеждающим даже чахотку.

Род росянок насчитывает более 160 видов (в Беларуси – четыре). Они встречаются практически на всех континентах, исключая лишь весьма суровую Антарктиду. Многие любители выращивают их в искусственных условиях.

Подробнее об этих и других подобных созданиях можно прочитать в моей книге «ЗЕЛЕНЫЕ ОБОРОТНИ. Рассказы о растениях­хищниках», которая скоро выйдет из печати в издательстве «Четыре четверти».

Рубрику ведет Леонид ЕМЕЛЬЯНОВ, докторбиологических наук