Боль моя, ты покинь меня

Недавно известный наш врач, фантаст, философ и писатель Валерий Молостов спросил меня: знаком ли я с Игнатенко?

— Знаком, — ответил я, — это мой зять.

Врач рассмеялся:

— Да, однофамильцев на Беларуси много. Но мой Игнатенко особенный. Он лично знаком с бывшим Президентом США Джимми Картером, гостил по его приглашению в Америке. Мой друг два года искал клады Наполеона, работал спасателем в горах, водолазом. Он и химик, и геолог, и кинорежиссер, и журналист. А еще он целитель, не побоюсь этого слова, уникальный. Представляете, сам себя поставил на ноги, хотя наша медицина приговорила его к инвалидной койке. Победив недуг, другим помогает. Книгу нужную людям написал, издав ее недавно в Москве. В той же Москве лечил заместителя Андропова, высокопоставленную работницу Фонда Президента России, генералов, депутатов, профессуру.

Да и в нашей стране его хорошо знают. Потому что он творит чудеса. Вот всего один пример. У мужчины, которому под 45 лет, артрит голеностопного и коленного суставов. Во время обострений ложился в постель и подняться не мог из-­за болей. Лечился четыре года в Индии, Китае, Западной Европе. Не помогло. Тогда пациента показали Николаю Ивановичу. Его, собственно говоря, притащили два родственника, так как на правую ногу мужчина не мог опираться. Игнатенко «поколдовал» над определенной зоной грудного отдела позвоночника и брюшной полостью, то есть, помассировал их. А на больную ногу ноль внимания, даже не взглянул на нее. Представляете, какой парадокс? И вот проходит всего 20 минут, боль в коленном суставе у человека, который потерял всякую надежду на излечение, исчезает. Он становится на ноги и сам, без посторонней помощи, выходит на улицу, садится в машину. Потом он еще на протяжении нескольких недель посещал своего спасителя. И теперь не ходит, а бегает.

Иван Васильевич меняет профессию

Встретились с Николаем Игнатенко у его родителей. Он долго был в разлуке, соскучился по ним. Был и другой повод, чтобы мы побеседовали в отчем доме. Отец, Иван Васильевич, как бы благословил Николая на доброе дело, дал толчок увлечению сына. Поэтому целитель считает его своим учителем и неспроста предложил: поговорите с ним, много интересного для себя услышите и поймете суть моих исканий.

Ивану Васильевичу уже 83 года, а он стройный, подтянутый, начал некоторые упражнения показывать – сама гуттаперчивость. Да и жена Анна Миновна – образец грации, ни одного лишнего грамма. Глядя на нас, она продолжала вязать и вставляла реплики, типа: вся наша семья — химики, БГУ оканчивали, наш Иван Васильевич, как в том фильме, тоже менял профессии, работал в колхозе, потом на «Интеграле» и одно время, я думала, мы потеряем его.

Одно время (это когда Игнатенко исполнилось 45 лет) стали беспокоить Ивана Васильевича сильные боли в позвоночнике и правой ноге. Неожиданно нога начала «усыхать», появились другие недуги. Забеспокоился, страшила перспектива остаться без ноги. Естественно, кинулся к врачам: помогите! Помогали, лечили в клиниках, но толку было мало. Тогда он самостоятельно решил искать методы исцеления.

Свою систему построил на тех знаниях, которые почерпнул, живя в деревне, на секретах самолечения, полученных по «наследству» от дедов и прадедов. Убедился, что методики старины далекой работают. Добавил к ним то, что почерпнул из специальных газет и журналов и, перекрестясь, начал упорно заниматься каждый день и каждую свободную минуту. Сам себе приказал: не надо жить мимоходом, жизнь не такая уж мерзкая штука, чтобы с ней расставаться при первой же трудности. И настойчивость с упорством преподнесли со временем букет цветов, пахнущих молодостью. Но Иван Васильевич, почувствовав облегчение, прилив сил и энергии, не забросил свои немудреные упражнения, которые здоровье несут.

Игнатенко­старший показал мне их. Любому человеку они подвластны.

— Прежде всего, массаж тела, всех органов, — говорит Иван Васильевич, — его делать можно даже в постели. Начинаю с рук, массирую пальцы, все косточки, жилочки и сосуды, доходя до предплечья. Каждый сустав я не глажу, а продавливаю мышцы до кости. И так работаю с головой, ногами, животом. Активизирую кровоснабжение, успокаиваю больные места. Использую для работы деревянные молоточки, скалки, круглое полено небольших размеров и острые ребра дверей. Становлюсь у двери и начинаю массировать позвоночник о них. Надо массировать весь позвоночник, начиная от верха до низа. Можно делать стоя, можно, сидя на стуле, спинку стула поставив с обратной стороны. Но обязательно надо глубоко продавливать мышцы, они нуждаются в снабжении кровью.

Вот коротко про утренний самомассаж, который желательно выполнять постоянно. Он сразу же принесет вам здоровье. И не надо час заниматься, достаточно 20 минут.

Иван Васильевич несколько секунд помолчал, что­то вспоминая, и добавил вздыхая:

— Без массажа давно бы умер. Да и жену мою он спас прошлым летом. Прихватило ее на даче здорово. Не подняться. А вокруг ни души, некого позвать на помощь. С трудом, но нашла круглое полено, смогла сделать массаж позвоночника, а затем и живота. И отпустил ее недуг. Да и сына моего специальный массаж спас.

       Звезда экрана и колобоец

А с сыном большие проблемы были. 17 лет парню, перспективный спортсмен, член сборной Беларуси по боксу. И вдруг боли в спине появились, да такие, что ходить не мог. Лечился год – нет облегчения, и надежды на выздоровление нет. Невропатолог расписался в своем бессилии: «Извини, парень, я тебе открытым текстом скажу: мы тебя не поднимем». Да и как поднять? Диагноз, не дай Бог: дискогенный пояснично­крестцовый радикулоневрит плюс бронхиальная астма с букетом других недугов. Почему это случилось? Николай Иванович вспоминает:

— Был у меня один момент, когда я работал со штангой, и она упала на грудной отдел. Может, это явилось причиной, а, может, то, что я жил в Грушевке, а ребята были там своеобразные, тренировались, готовились к дракам и били ногами по незащищенному животу, а такие удары приводят, я теперь знаю, к смещению и выпячиванию диска. Короче, впереди был мрак. Жить не хотелось, безысходность. И я восстал против трагического сценария, написанного судьбой, начал действовать. Прежде всего, обратился к йоге. Почему к ней? И сейчас не могу назвать причину. Кто-­то и что-­то вело меня по жизни, подсказывало путь. Я всем занимался, изучал массажи, акупрессуру, восточные техники, прижигание, иглоукалывание. Все то, что было доступно. Но больше всего душа лежала к йоге. После нескольких месяцев самостоятельных занятий состояние здоровья значительно улучшилось. Я мог ходить, даже бегать. Чтобы навсегда распрощаться с прошлым, выкрал в поликлинике свою медицинскую карточку с двумя красными полосками, так как состоял на особом диспансерном учете. А потом уехал в альпийский лагерь на восхождения, считая, что горы тоже целители. И меня лечили Карпаты, Урал, Тянь­Шань, Саяны, Кавказ, Алтай, Алдан, Удокан, Камчатка, а мою спину гнул рюкзак весом от 35 до 40 килограммов, с которым не разлучался, покоряя горные дистанции до 300 километров.

Была испытанием и работа в стройотрядах, когда поступил в БГУ. О моем диагнозе никто из ребят и преподавателей не знал. Из принципа напросился в бригаду колобоев. Не знаете такой профессии? Колобои были элитой в стройотрядах. Работа самая тяжелая, мужская – целый день махали кувалдами, забивая колья в землю, укрепляли каналы на мелиоративных трассах.

Короче, я вернулся к нормальной жизни, снова пошел в спорт, став разрядником по альпинизму и кандидатом в мастера спорта.

— Но вы вернулись не только в спорт, но и к трудовым будням?

— Да, закончил химический факультет БГУ, потом работал на «Интеграле», занимался электроникой, электронной техникой и соответствующими технологиями. Для меня открывалась хорошая производственная перспектива с прекрасным окладом. Но я был романтиком, переписывался и с Папаниным, и с Сенкевичем, и с Капицей. Меня привлекали экспедиции, наука и все неизведанное. Из­-за них изменил «Интегралу», устроился на работу в Академию наук, окончил аспирантуру, защитил диссертацию, стал старшим научным сотрудником. А потом и генеральным директором одного из научно­производственных центров.

Но я сын своего отца. Иван Васильевич менял профессии, и я не отстал от него. Химия сменилась на электронику, электроника на геологию, геология, не поверите, на телевидение. Началась перестройка, и мы с друзьями решили организовать 8 телеканал. И я, к вашему сведению, был в течение многих лет его главным редактором. Позже с нашей помощью появилась первая спутниковая телекомпания «Минск», где я трудился директором, был даже президентом и генеральным директором БАНТа — Белорусской ассоциации негосударственного телевидения. На этом поприще я тоже доказывал. Себе и другим.

— И доказали, Николай Иванович?

— Доказал. Был объявлен конкурс тележурналистов СНГ, где сопредседателем являлся Джимми Картер. Подаю свои работы и неожиданно вхожу в тройку лучших журналистов стран Содружества. Для меня это был шок. Появилось чувство, будто не я, а кто­-то другой выступал за меня и победил в этом испытании. Комиссию удивило, что я в одном лице был автором программ, оператором, режиссером, ведущим. И снимал себя сам, поставив камеру на штатив. Вот после той победы я познакомился и с Джимми Картером, и с другими знаменитостями разных стран. Мне удалось побывать на CNN, BBC и в других телекомпаниях нашей планеты.

Я беседовал с Николаем Ивановичем и недоумевал. Человек рассказывает о своих победах, поразительных результатах, а в очах затаилась тоска. Она то исчезала, то снова появлялась мрачной тучкой. Неудобно было спрашивать целителя, что творится в его душе? Но он сам сказал. И на горных перевалах, и махая кувалдой, и разыскивая клады Наполеона, и шагая с телекамерой, он пел сквозь зубы: боль моя, ты покинь меня. Как ни старался, не удалось излечиться полностью. Боль в спине чувствует постоянно — иногда меньше, иногда больше. И все-­таки это не инвалидная койка. Это ежедневная победа над собой. Это чувство: ты нужен в этом мире. Жене, двоим дочерям. И многим-­многим людям, которые считают тебя своим спасителем.

— Со стороны проблемы мои не заметны, — говорит Николай Иванович. — И тот же самомассаж, и определенные приемы позволяют облегчить состояние, поддерживать форму. В моей книге описаны разные методики, как самостоятельно лечить те или иные недуги без таблеток и уколов. Мои «рецепты» — результат многолетних исканий и размышлений. От этих «рецептов» запускаются природные процессы самовосстановления организма, включается наша внутренняя аптека, восстанавливается работа иммунной, эндокринной, вегетативно­нервной систем и многое другое, меняется даже биохимия крови.

Больше к личным проблемам Игнатенко не возвращался. А говорил о том, что открылось ему, что сам познал и применяет на практике.

— В организме все взаимосвязано. Например, недавно обратился мужчина – перестала двигаться левая рука, попросту зарос сустав. Однако, причина была глубже. Проблему вызвала селезенка, снизились ее функции. Восстанавливая их, параллельно пришлось воздействовать на поджелудочную железу, желчный пузырь, органы малого таза и другие сегменты. К удивлению пациента, восстановилась не только рука, но и ушел геморрой, простатит, судороги в ногах, головные боли, боли в пояснице. Исчезли две грыжи позвоночника, что документально подтверждено на МРТ, а позже пришла в норму и потенция. И это все сделал сам организм, ему только помогли запустить механизмы самовосстановления.

Еще один интересный случай. Молодая женщина, 38 лет. Букет хронических заболеваний — проблемы с вестибулярным аппаратом, передвигается с трудом, «штормит» так, что даже в дверной проем порой попасть не может. Есть проблемы с желудком, кишечником, суставами, тянущие боли в сердце, онемение пальцев, фобии, расстройства психики, бесплодие. Как лечил ее? Работал с вегетативной нервной системой, а организм сам разобрался с внутренними проблемами и восстановил необходимые взаимосвязи. Результат – в 39 лет женщина родила ребенка, забыла о хронических заболеваниях, в том числе и о хронических расстройствах. В дополнение к излеченным недугам, о которых я даже не знал, моя пациентка стала вдруг ощущать запахи, вкус пищи, различать цвета.

— Короче, скоро сорок лет, как вы, Николай Иванович, идете путем, который не совпадает с путями традиционной медицины?

— Наоборот, мой подход к лечению традиционен и сформирован еще в глубокой древности. Он прост и рассматривает человека, как единую систему. Все связано воедино: и физиология, и психика. Психоматика, наши мысли порождают ту или иную болезнь. Не вините какого-­то дядю или тетю, вините себя. Материя и сознание — единое целое, и одно влияет на второе. Что первично, что вторично, кто прав Гегель или Фейербах — пусть спорят философы. Но то, что это едино и взаимосвязано — факт.

Несколько лет назад приезжали врачи из Минздрава Америки и Всемирной организации здравоохранения, смотрели, снимали. И вот один из гостей заявил: «После ваших процедур у меня что­то происходит с головой». Как удалось узнать, после травмы у него была амнезия, потеря памяти. И мне удалось помочь ему. Позже он звонил, благодарил: «Это чудо — восстановить память!» И все спрашивал: вы применили гипноз? Нет, никаких гипнотических приемов я не знаю, не интересуюсь мистикой. Мы просто перегрузили его мозг — компьютер и через нервную систему воздействовали на кору головного мозга. Снялся блок, восстановились природные «файлы», вот и все.

— И вы со своими книгами, своими методиками и наработками одиноки, Николай Иванович?

— Представьте, нет. Я с врачами не полемизирую, а общаюсь. Даже с академиками и профессорами. Схема общения проста. Предлагаю мою диагностику и мое лечение опробовать на них. Вначале проверяю работу печени, желчного пузыря, поджелудочной железы, кишечника, костно­мышечного, связочного аппарата и так далее. На этом этапе первое удивление: «Как вы это узнали без УЗИ, без приборов?». Отвечаю: «По меридианам, по акупрессурным и рефлексогенным зонам». Затем провожу определенные манипуляции. Здесь второе удивление: «Не может быть. Сразу боль отпустила, и стало легче». Как правило, после таких заявлений спорить о научных парадигмах уже не нужно. И уже не требуют от меня дипломов. Кстати, дипломы у меня есть. Это диплом массажиста высшей квалификации, диплом магистра Российской академии мануалогии и другие «корочки».

 Вы знаете, я не ученый, я практик. А результат — он или есть или его нет. Вот лечил недавно заведующую отделением кардиологии. После нескольких приемов ушли боли в сердце. И боли не сердце давало, а низ грудного отдела позвоночника и поджелудочная железа. Убедившись на деле в эффективности мною применяемых методик, люди становятся моими друзьями, потом приводят своих родственников, знакомых. Мы общаемся, спорим, советуемся — это обычная практика. Кстати, и с доктором Валерием Молостовым, который написал много книг по медицине, были вначале тоже непростые отношения. Он долго с недоверием присматривался ко мне. Но как настоящий ученый поверил не словам, а его величеству – результату.

— Николай Иванович, вы опубликовали где-­то свои методики, свои ноу­хау.

— Они в книге. Хотя, повторюсь, ничего нового здесь нет. Это все давно известные приемы, как говорят, хорошо забытое старое. Те же висцеральные техники – работа с животом — издревле известна у славян. Как и техники костоправов, постизометрии, ударно­тактильные. А всего я знаком с целительными наработками 20-­ти самых различных школ. Но не стал приверженцем ни одной из них. Использую только то, что работает на результат. Начав поиск в 1973-­м году, не прекращаю его и сегодня. Веду исследования, собирая материалы, интересуясь новыми методиками, написал книгу, готовлю к печати вторую.

— Некоторые ваши пациенты заявляют, что после вашего лечение изменяется биополе, а один известный белорусский профессор видел, когда вы работали с ним, стоящую рядом с вами женщину в белом.

— Я работаю только на физическом поле, как говорится, с ходовой частью. Своего рода инженер­механик, но не инженер человеческих душ. А то, что после моих приемов меняется биополе человека, объясняю просто. Улучшается кровоснабжение, проводимость нервных волокон, лимфоотток, что в соответствии с законами физики и генерирует это поле. Буквально сразу после лечения у пациента розовеет лицо, появляется легкость в теле, начинают блестеть и светиться глаза.

А у Николая Ивановича глаза грустные. Теперь я знаю почему. Он выкрал медицинскую карточку с двумя красными полосками. Но выкрал у поликлиники, а не у судьбы. Боль пока не покинула целителя. И жизненная дорога, его уникальная история мне кажутся по сюжету библейской, необъяснимой и прекрасной: человек лечит человека, болью боль поправ!

Евгений СОЛОВЬЕВ.